Михаил Боярский на встрече в СПбГУ:
- Не слушайте никого, тем более меня. Что я вам могу сказать толкового? Что за возраст? Через месяц 67 лет. Я всегда себя чувствовал молодым: в 20 — молод, в 30 — молод, в 40 — молод, в 50 — молод. 60… Когда? Как?! Я — и старый! Мать дорогая! Через три года — 70! Когда это случилось?! Не заметил. Пролетело. И ничего хорошего дальше не будет — только хуже. Будет дряхлость. Потеря друзей. Потеря близких. Отсутствие желаний. Разочарования — серьезные разочарования во всём. То, что дальше, — уже никому не нужно. Нет, у нас есть Джигарханян, Краско — они в 80 лет только женились. Не знаю, смогу ли я это сделать. Но готовлюсь: я оптимист.
- Я консерватор и старый ворчун, со мной сложно. Мне уже ничего не нравится. Это нормально, потому что та губка, которая у меня была в душе и в сердце, впитала всё в 60-е, 70-е, 80-е. Дальше уже через край льется, не помещается больше ничего. Вампилов был последним современным драматургом, над пьесами которого я смеялся, плакал, рыдал. Потом я уже перестал читать пьесы, потому что все они одного плана.
- Нужно максимально потратить себя в молодости. Максимально. Нужно успеть в молодости быть молодым. Надо прожить молодость наотмашь, не щадя себя. Не получится из горбатого писаки и читаки нормального джигита. Нужно успевать всё. В это время очень голодные душа, сердце и тело — необходимо быть всеядным. Влюбляться, дружить, щедро себя отдавать, читать, делиться, познавать, знакомиться. Не тормозить. Нужно успеть размять себя.
Молодость надо прожить наотмашь
